Страница 2 из 4
Вот раз и говорит: «Вот што, ваше царское величество, нам это в онном доме жить неприлишно; а я, говорит, выстрою свой дворець». — «Ну, ланно, што же, говорит, ешли мошно, то строй!» Отвёл ему место напротив своево дворьця, и эта жёнка выстроила дом в онну ноць. Потом утром государя приводит в дом свой. Государь интересуется домом, до тово хорош!
5
Ён пожил долгое или малое время Егорь несцястной тут, и государю этому надо сгубить это´ва Егоря, а жену ево взять. Ну, собирает синод свой и думает, какую вину на Егоря нагнать. Ну, думали, думали, сдумать не могли ницево. Потом ён задаёт старшему своему сенато´ру, штобы в три ння была здумана какая-нибудь вина. Ну, тот пошёл по городу и стал думать. Ну, идёт по городу и видит, идёт Ванюшка-Пьянюшка. Тот и говорит: «Куда, царьской слуга, пошёл?» А ён ему в ответ: «Пойди к цёрту, пьяница! Мне и так, говорит, тошно, а ты ешшо тут лезешь!» — «Не ругайсы, говорит, дружок! Сперва обойдись хорошенько! Где же вам на Егоря вину нагнать, жену от ево отнять! А я знаю, цево надо сделать. Иди топерь к государю, ну, и скажи ему, штоб ён Егоря заставил срубить рошшу в онну ноць, срубить, вывалить, и сцёпать, и посеять пшаницу и к утру пирогов напець!» Ну, знацит, ён пришёл, сказал государю. Государь призвал Егоря, несцястнаво. Государь розскал Егорю несцястному это всё сделать: срубить рошшу, вывалить, насеять пшаницы, а к утру пирогов напець. «Ешли ты этово не сделаешь, то голова на плаху!» Ну, Егорь несцястный роздумалсы, домой пошёл заплакал. Жона ево увидала, знацит. «Што, говорит, Егорь несцястный, плацешь?» А ён говорит: «Как мне не плакать! Государь задал такую службу: севоднешнюю ноць срубить рошшу, вывалить, насиять пшаницы, намолотить и к утру пирогов напець». Ена ему и говорит: «Это не служба, а служба вся впереди! Лёжись спать, а к утру всё готово будет!» Она вышла вецером на крыльцо и надела перстень на руку, и нашло силы видимо-невидимо сколько народу! Ёна и говорит ему: «Вырубите рошшу, навывалите, насейте пшаницы и нажните, намолотите, к утру принесите на пироги!» Ну, оне к утру приготовили и к утру принесли слуги ей всё. Она испекла пирогов и будит Егоря несцястнаво: «Ставай, Егорь несцястный, неси царю пироги!» Ён утром встаёт, отправляетсы с пирожкам к государю. Государь, знацит, пирожкам не рад; видит: там, где стояла рошша, видимо-невидимо.
6
Опять задает этому сановнику, штобы опять придумал вину какую. Ну, знацит, тот идёт опеть по городу и ишшет Ванюшку-Пьянюшку этово: ему-де онному не придумать. Этот Ванюшка-Пьянюшка в том же кабаке. Ён даёт ему денег на водку и опять просит, штобы придумал што-нибудь. Этот Ванюшка-Пьянюшка и говорит: «Пушшай, говорит, Егорь сходит и принесёт свинку, золотые шшетинки с двенадцатью поросёнкам». Ну, государь опять задал ему эту службу, и ён пошёл домой, опять заплакал. Ну жона ево и спрашивает: «Што, мол, Егорь несцясный, плацешь?» — «Как мне не плакать? Государь задал такую службу мне — сходить и привести свинку-златые шшетинки с двенадцатью поросёнкам». — «Это не служба, а служба, говорит, вся впереди! Лёжись спать, к утру все готово будет!» Ён лёг спать; она вышла на крыльце и надела перстень опять свой, и опять нашло народу видимо-невидимо сколько. Она и говорит им: «Сходите и приведите свинку к утру златые шшетинки!» Сама ушла домой, а оне ушли за свинкой. Утром стаёт Егорь несцястный, а свинка ходит во дворе ево. Ён берёт эту свинку и отводит государю.
7
Ну, государь опять задаёт этому сановнику, штобы опять придумал вину. Сановник этот отправляетсы опять в тот же кабак. Видит, Ванюшка-пьянюшка опять валяетсы пьяный. «Што, говорит, Ванюшка-пьянюшка, Егорь несцясный опять службу исполнил! На, вот бери денег, сколько хошь, придумай опять службу ему!» Тот и говорит: