Страница 1 из 2
1
Жил-был старик; у него было три сына: два умных, третий дурак. Помер отец; велел им по ночам ходить, на могиле караулить. Сперва надо старшему идти. Вот дурак и говорит: «Что ж ты, брат, на могилку нейдешь?» — «Тебе охота, так ступай!»1 Он взял оделся, сел на могилку. Старик выходит из могилы, спрашивает: «Кто тут?» — «Я, меньшой сын!» — «Что ж большой не пришел?» На другую ночь дурак за среднего брата пошел. Опять старик выходит, спрашивает: «Кто тут?» — «Я, меньшой сын!» — «Что ж, говорит, средний не пришел?» На третью ночь дурак за себя пошел на могилку. Выходит старик: «Кто тут?» — «Я, меньшой сын!» — «Ну, сын мой милой! Ты меня послухал. Вот тебе за это сивка-бурка, вещая каурка!» Закричал старик: «Сивка-бурка, вещая каурка! Стань передо мной, как лист перед травой!» Явилась сивка-бурка, вещая каурка; бежит — земля дрожит, изо рту пламень, из ушей дым столбом. «Служи, говорит, моему сыну так, как мне служила!»
2
Разнесся по царству слух, что кто на коне скочит и царскую дочь на балконе поцелует, за того ее замуж отдадут. Вот братья поехали смотреть. Дурачок соскочил с полатей. «Невестка, дай мне кошелку, я пойду грибы искать!» Пошел в лес, набрал грибов. Поставил кошелку в лесу, крикнул: «Сивка-бурка, вещая каурка! Стань передо мной, как лист перед травой!» Явилась сивка-бурка, вещая каурка. Он ей в одно ухо влез, в другое вылез, сделался красавцем; поскакал, едва не поцеловал. Поскакал назад; в одно ухо влез, в другое вылез, сделался таким же. Отпустил сивку, взял кошелку с грибами, пришел домой. Братья приезжают, рассказывают, что было; на другой день так же. На третий день он ее и поцеловал; она его и наклеймила. Потом отыскала его; стал он царским зятем.2
3
У царя было два зятя умных; а этот третий дурак. Царь и приказывает им достать жар-птицу. Вот два зятя выехали на охоту, и этот дурак на кляче. Выехал за околицу, убил лошадь, шкуру содрал. Вскрикнул: «Сивка-бурка, вещая каурка! Стань передо мной, как лист перед травой!» Сейчас явился ему конь его. «Как бы, говорит, достать жар-птицу!» Вот конь ему сейчас и принес жар-птицу. Вот он лежит-полеживает, а жар-птица возле него ходит. А братья ездили, ездили, ничего не нашли. Вот они к нему подъехали и спрашивают: «Отдай нам!» — «Отдайте, говорит, с правых рук по мизинцу». Они подумали: «Мы ведь кушаем в перчатках: никто не узнает, что у нас пальцев нет!» Отдали ему по мизинцу, взяли жар-птицу, поехали к отцу. Приехали; жены их рады. А дурак обвешался галками, воронами, идет. Жена его плачет, а он, знай, помалчивает.
4
Потом царь и говорит зятьям: «Чтобы вы мне поймали соловья, который из всех, нет того лучше, нет того чище поет». Они опять собираются ехать; лошадей оседлали, поехали. Вот дурак и говорит: «Дайте и мне лошадь!» Дочь плачет, выпросила у отца ему лошадь. Выехал за околицу, убил, бросил. Крикнул своего сивку-бурку. Бежит сивка-бурка, вещая каурка, изо рту пламя пышет, из ушей дым столбом. «Принеси, говорит, соловья, что всех лучше поет!» Вот конь ему тотчас принес. Дурак лежит-полеживает, а подле него в клетке соловей сидит. Едут эти братья увидали. Опять ему кланяются: «Отдай ты нам соловья!» — «Дайте с ноги по пальцу!» Вот они думали, думали. «Мы, говорит, обувши, никто не увидит!» Взял он пальцы, положил в карман; они взяли соловья, поехали. Их жены радуются. А его жена увидала, что он галками да воронами обвешался, горько плачет.
5
1Другой вариант. Старший сын побоялся, послал дурачка, обещая ему купить в городе красный кушак. Средний послал дурачка, пообещав ему красную шапку привезти из города.
6
2Третий вариант, записанный в с. Жолчине. Братья ездили смотреть, как будут доставать царевну через двенадцать венцов (бревен), вместе с женами. Дурак каждый раз на возвратном пути бил братьев с женами, приговаривая: «Передние колеса лошадь везет, а задние куда шут несет?» Передние колеса — братья; задние — их жены. Второй вариант. Когда привезли дурака к царевне и назначена была свадьба, дурак вышел на крыльцо, свистнул и перед ним явился конь. Он коню в одно ухо влез, в другое вылез и сделался таким молодцем; царевна удивилась; сыграли свадьбу; стали Жить да поживать.