Правда и Кривда

В некотором царстве жили два крестьянина: Иван да Наум. Назвались они товарищами и пошли вместе на заработки. Шли, шли, очутились в богатом селе и нанялись у разных хозяев; поработали одну неделю и свиделись в воскресный день. «Ты, брат, сколько заработал?» — спросил Иван. «Мне пять рублев господь дал».— «Господь дал! Много он даст, коли сам не заработаешь?» — «Нет, брат, без божией помощи сам ничего не сделаешь, ни гроша не получишь!» Тут они крепко заспорили и положили на том: «Пойдем оба по дороге и спросим у первого встречника: чья правда? Кто проиграет, тот должон отдать все свои заработанные деньги».

Вот и пошли; сделали шагов с двадцать — попадается им навстречу нечистый дух в человеческом образе. Стали его спрашивать, а он в ответ: «Что сам заработаешь, то и ладно! На бога нечего надеяться, он ни копейки не даст!» Отдал Наум все свои деньги Ивану и воротился к хозяину — с пустыми руками. Прошла еще неделя; в воскресный день работники опять свиделись и подняли тот же спор. Наум говорит: «Хоть на прошлой неделе ты и забрал мои деньги, а мне господь еще больше дал!» — «Ну,— отвечает Иван,— если, по-твоему, тебе бог дал, а не сам ты заработал, то давай опять пойдем до первой встречи и спросим: чья правда? Кто виноват останется, у того отобрать все деньги и отрезать правую руку». Наум согласился.

Пошли они по дороге; повстречался им тот же нечистый и отвечал что и прежде. Иван обобрал у товарища деньги, отрубил ему правую руку и оставил одного. Долго думал Наум, что теперь ему без руки делать? Кто кормить-поить станет? Ну да бог милостив! Пошел к реке и лег на берегу под лодку: «Переночую пока здесь, а утром увижу, что делать; утро вечера мудренее».

В самую полночь собралось на эту лодку многое множество нечистых и начали промеж себя разговаривать: кто какие козни устроил. Один говорит: «Я между двух мужиков спор решил в противную сторону, и у правдивого руку отрезали». Другой на то сказал: «Это пустое! Только три раза по росе покататься — рука снова вырастет!» — «А я,— начал хвастаться третий,— у такого-то барина единственную дочь иссушил: чуть жива ходит!» — «Эка! — отвечал четвертый.— Если кто пожалеет барина, то непременно вылечит дочку. Средство простое: взять такой-то травы сварить да в том отваре искупать ее — она-и будет здорова!» — «В одном пруду,— стал говорить пятый,— мужик поставил водяную мельницу и уж много лет хлопочет, а все без пользы: только что запрудит плотину, а я прокопаю и выпущу воду».— «Дурак же твой мужик! — сказал шестой черт.— Он бы загатил получше плотину, а когда б стала вода прорываться — бросил бы туда сноп соломы: тут бы ты и погиб!»

Наум все это слышал и на другой день вырастил свою правую руку, потом исправил у мужика плотину и вылечил дочь у барина. Щедро его наградили и мужик и барин, и зажил он припеваючи. Раз повстречал он своего прежнего товарища; тот удивился, зачал расспрашивать: как-де ты разбогател и откуда руку взял? Наум ему все рассказал, ничего не утаил. Иван выслушал и думает: «Постой же, и я так сделаю, еще пуще его разбогатею!» Пошел к реке и лег на берегу под лодку. В полмочь собрались нечистые. «А что, братцы,— говорит один из них,— должно быть, кто-нибудь нас подслушивает. Ведь у мужика рука отросла, боярская дочь выздоровела, и плотина в ход пошла!»

Бросились все под лодку смотреть; нашли Ивана и разорвали на мелкие кусочки. Отлились волку коровьи слезы!